Что мне делать, если скоро посадят в тюрьму за наркотики?

Утверждена новая стратегия антинаркотической политики России до 2030 года. Она предусматривает ужесточение карательных мер за торговлю наркотиками и их употребление. При этом места профилактики от наркозависимости в документе не нашлось.

Формально борьба с наркотиками с каждым годом идёт всё лучше. По данным Минздрава РФ, количество пациентов наркодиспансеров за последние 10 лет сократилось на треть. Одновременно силовики сообщают о снижении числа наркопреступлений на 16%.

Однако можно предположить, что эти цифры лукавы. Ведь вполне возможно, что наркозависимые просто стали ещё больше избегать контактов с диспансерами, боясь, что их данные будут переданы правоохранителям.

Потому куда более объективным показателем стоит считать число смертей, причиной которых стали наркотики. А здесь положение печально: за 10 последних лет оно, даже по официальной статистике, выросло на четверть.

По словам экс-министра здравоохранения Вероники Скворцовой, употребление психоактивных веществ является причиной более 450 тыс. смертей в год.

Новая стратегия антинаркотической политики, пришедшая на смену принятой 10 лет назад, декларирует, что она строится «на традиционных российских духовно-нравственных ценностях» и требует ужесточить наказание за пропаганду наркотиков. Сейчас за это следует лишь административная статья 6.13 КоАП, предусматривающая штрафы.

Но Госдума уже приняла в первом чтении законопроект, где за «склонение к употреблению наркотиков» в интернете грозит тюрьма до 10–15 лет. Насколько такая мера обоснованна? Что ж, вряд ли кто-то будет спорить, что прямые призывы употреб­лять наркотики, потому что это якобы модно, безопасно и полезно, не должны пресекаться и наказываться.

Однако таких призывов встретишь не много. Зато под пропаганду, со всеми вытекающими из этого последствиями, уже подводят такие случаи, как ношение носков с рисунком в виде листов конопли.

Понятно, что задержать такого «пропагандиста», поставив это себе в заслугу, намного проще, чем задержать реального торговца наркотиками, которые давно не стесняются писать свои координаты на тротуарах и стенах домов.

Потому вызывает недоумение, почему центральным звеном новой стратегии наркополитики стали репрессии, а не профилактика отказа от наркотиков, которую следовало бы начинать со школьной скамьи.

Между тем, по словам детского омбудсмена Анны Кузнецовой, в российских школах остро не хватает психологов, а квалификация имеющихся оставляет желать лучшего.

В итоге профилактическая работа с подростками нередко сводится к формальным призывам или массовым тестам на наркотики, что порой лишь подогревает интерес подростков к запретной теме.

Кстати, верховный комиссар ООН по правам человека, экс-президент Чили Мишель Бачелет, заявила, что «война с наркотиками», ведущая­ся с 1960-х годов, не принесла желаемого эффекта и следует делать акцент не на репрессиях, а на помощи наркозависимым: «За несколько десятилетий страны, принявшие репрессивный подход, нисколько не приблизились к искомой цели. Напротив, сегодня объёмы производства и потребления наркотиков выше, чем когда-либо, а спектр их небывало разно­образен». Поэтому мир переходит к другой модели борьбы. Так, уже в 87 странах мира законодательно приняты программы снижения вреда от наркотиков (обмен использованных шприцев на стерильные, заместительная терапия и тому подобные меры). Кроме того, если в других странах пропагандируются сообщества выздоравливающих, помогающих друг другу избавиться от пагубного пристрастия (типа «анонимные наркоманы» по аналогии с «анонимными алкоголиками»), то в России такие люди рассматриваются как преступники. Что априори ставит преграду попыткам их самоорганизации в благих целях.

Что мне делать, если скоро посадят в тюрьму за наркотики?

Олег Зыков

Олег Зыков, директор Института наркологического здоровья нации

– Документ не обоснован серьёзными социологическими исследованиями и механически воспроизводит подходы, устаревшие десятилетия назад. Люди, писавшие стратегию, не понимают, что, просто посадив 100 тыс. в тюрьму, мы получим вместо них 100 тыс. новобранцев наркомира. Если ты не осознаёшь, что происходит в душах людей, принимающих решение себя разрушить, то не понимаешь, как им помочь.

Порочной является сама идея о том, что с наркозависимостью можно бороться, воюя с запрещёнными химическими веществами или запугивая людей, выбравших путь саморазрушения. Потребление наркотиков – это не самостоятельная проблема, а симптом неблагополучия. Концепция реформы системы наркологической помощи разработана специалистами уже давно.

Однако частью наркополитики эти рекомендации так и не стали.

Как получить штраф по ст. 228 УК РФ и не сесть в тюрьму? | Юридическая Инициатива

Начнем с того, что для того, чтобы не сесть за наркотики, нужно не иметь к ним никакого отношения. И избегать общения с теми людьми, которые к ним имеют отношение. Тогда и шансы получить любую санкцию по ст. 228 УК РФ стремительно уйдут к нулю.

И вообще слушать маму с папой и чтить уголовный кодекс. Но мое внимание привлек реальный кейс одной популярной (уже нет) российской актрисы, которая попалась с 0,69 грамм кокаина за рулем и получила судебный штраф. И все. Даже судимости не будет.

И первый вопрос по нему: А что так можно было? Давайте разберемся как так получилось и что вообще произошло.

Как Наталья Бочкарева получила наказание в виде штрафа за наркотики по 228?

Для чистоты собственной же совести я еще раз подчеркну, что наркотики – это плохо. За них очень просто попасть в тюрьму и не надо с ними связываться никогда и не при каких обстоятельствах!

Теперь про г-жу Бочкареву.

Что мне делать, если скоро посадят в тюрьму за наркотики?

Данная безусловно эффектная девушка сейчас переживает вторую волну популярности (правда надолго ли?). Ситуация связана с тем, что 28 сентября ее остановили сотрудники ГИБДД, которым показалось странным поведение данной особы.

По информации СМИ помимо того, что она отказалась проходить медицинское освидетельствование и управляла авто без ОСАГО, она еще и попыталась спрятать мешочек с кокаином в трусы.

Там потом еще выходило от нее же опровержение, ситуацию явно пытались замять, но итог оказался весьма интересным.

20 января Преображенский суд Москвы назначил актрисе Наталье Бочкаревой судебный штраф на 30 000 рублей за хранение 0,69 грамма кокаина. Суд прекратил уголовное дело, возбужденное по статье о незаконном хранении наркотиков без цели сбыта (часть 1 статьи 228 Уголовного кодекса). После выплаты штрафа у Бочкаревой даже не будет судимости.

А как вообще такое возможно???? Это вообще законно?

Логичные вопросы, которые посетили и меня, я начал разбираться.

Данная процедура полностью законна. Есть такая замечательная статья “ст. 76.2.

 УК РФ Освобождение от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа”, в соответствии с которой лицо, которое совершает преступление впервые, может быть освобождено судом от уголовного наказания.

Однако, здесь важно уточнить, что для ее применения преступление должно быть небольшой или средней тяжести, а так же виновное лицо должно возместить ущерб и загладить нанесенный вред.

В данном случае ч. 1 ст. 228 УК РФ – преступление небольшой тяжести (максимальный срок лишения свободы по нему не превышает 3 лет), а рассматриваемый персонаж совершил преступление впервые. Вроде все сходится кроме одного очень интересного момента….

А как можно загладить вред по 228 УК РФ?

В делах по наркотикам нет конкретных потерпевших (если не вдаваться в философию о том, что употребление подобных веществ – вред для организма, мы же сейчас рассматриваем ситуацию с позиции закона), поэтому можно сказать, что вред принесен обществу в целом.

 В 2019 году Верховный суд уточнил, что вред от преступления «может быть возмещен в любой форме, позволяющей компенсировать негативные изменения, причиненные преступлением».

Значит нужно каким-то образом помочь обществу? И в данном случае можно перевести деньги в благотворительный фонд!

По информации СМИ рассматриваемый персонаж действительно совершил перевод в благотворительный фонд “Воскресение” в размере 50 000 рублей. И на самом деле хорошо бы это делать систематически, пусть и не такими крупными суммами.

Именно таким образом г-же Бочкаревой удалось избежать уголовного наказания по ч. 1 ст. 228 УК РФ. Однако, расслаблять булки рано, потому что если в течение 10 дней штраф не будет оплачен, то ей вполне может грозить отмена судебного штрафа и назначение уголовного наказания. Это входит в полномочия судебных приставов.

Судебная практика по ст 228 УК РФ. А на сколько вообще могут посадить/оштрафовать за наркотики?

В 2019 году за наркотики по ст. 228 УК РФ сидели 138 000 из 467 000 осужденных.

В 2018 году, согласно статистике судебного департамента Верховного суда РФ, к штрафу приговорили каждого третьего (32%) из 39 160 обвиняемых по части 1 статьи 228 УК. Это около 12,5 тысячи человек. Судебный штраф назначали редко — за год его получили 403 человека, проходившие обвиняемыми по всем статьям 25-й главы Уголовного кодекса, в которую входят статьи о наркотиках.

Еще треть (29%) обвиняемых по части 1 статьи 228 приговорили к условному сроку, 16% — к реальному, остальным назначили иное наказание. Суды оправдали четырех человек, в отношении еще пяти дела прекратили по реабилитирующим обстоятельствам.

Что касается более серьезных преступлений по наркотикам, то по ч.2 ст. 228 УК РФ в 2018 году по обвинению в приобретении или хранении наркотиков в крупном размере (часть 2 статьи 228 УК РФ) осудили 30 212 человек. Из них 58% приговорили к условному сроку, остальных — к реальному. Оправдали 11 человек.

За сбыт же приговаривают к реальным срокам почти всегда. И правильно делают.

Наказания по ст. 228 УК РФ

  • Часть 1.
  • Незаконные приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка без цели сбыта наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов в значительном размере, а также незаконные приобретение, хранение, перевозка без цели сбыта растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, в значительном размере наказываются штрафом в размере до сорока тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех месяцев, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо ограничением свободы на срок до трех лет, либо лишением свободы на тот же срок.
  • Часть 2.
  • Те же деяния, совершенные в крупном размере наказываются лишением свободы на срок от трех до десяти лет со штрафом в размере до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех лет либо без такового и с ограничением свободы на срок до одного года либо без такового.
  • Часть 3.
  • Те же деяния, совершенные в особо крупном размере наказываются лишением свободы на срок от десяти до пятнадцати лет со штрафом в размере до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех лет либо без такового и с ограничением свободы на срок до полутора лет либо без такового.
Читайте также:  Что делать директору ооо, если наследники отказались от доли в ооо?

Как видите, суровость наказания исходит из размера объемов изъятых веществ. Больше наркотиков = больше вероятность надолго оказаться за решеткой. Подробные цифры можно найти в Постановлении правительства от 1.10.2012 №1002

Если кратко, то все зависит от вида наркотика.

Значительный размер кокаина или героина начинается с 0,5 грамма, марихуаны — с 6 граммов, гашиша — с 2 граммов, амфетамина — с 0,2 грамма, метамфетамина — с 0,3 грамма, MDMA — с 0,6 грамма, псилоцибина — с 0,05 грамма, а LSD-25 — с 0,0001 грамма (100 микрограммов). Если объем наркотиков меньше, то наказание будет административным, но об этом ниже.

Если лицо добровольно сдает в правоохранительные органы наркотические вещества, то оно освобождается от уголовной ответственности.

Однако здесь так же есть очень важное уточнение: если гражданин сдает вещества в процессе задержания или производства следственных действий (например, обыска), то примечание 1 к ст.

228 УК РФ уже не работает, ибо поздно пить боржоми, когда органы правопорядка уже собрали всю доказательную базу и совершили колоссальную работу по обнаружению всякой гадости.

А когда применяется административное наказание за наркотики?

Вообще у наказаний за хранение наркотиков есть определенная градация. И действительно есть Статья 6.8.

 КоАП РФ “Незаконный оборот наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов и незаконные приобретение, хранение, перевозка растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества”, которая предусматривает в качестве наказания штраф от 4000 до 5000 рублей, либо арест до 15 суток. Это в том случае, если объем обнаруженных наркотиков не признан значительным, а об этих размерах мы говорили выше.

Монолог бывшего наркоторговца: о жажде легких денег, тюрьме и перечеркнутой жизни

Монолог бывшего наркоторговца: о жажде легких денег, тюрьме и перечеркнутой жизни

Каждый барыга думает, что никогда не попадётся

За хранение и распространение должны жёстче карать, давать пожизненное или большой срок. Продавцы наркотиков убивают не одного, а сразу несколько человек. Сразу скажу, я не употреблял зелье и никогда его не пробовал. Когда я освободился, стало обидно, что восемь лет моей жизни улетели впустую.

Я потерял семью, потерял часть себя. Конечно, с дочерью я не прекращаю общаться, она поняла меня спустя три года после освобождения. Поняла, что это была дурость.

Но я уже никогда не узнаю, как она училась в школе, как боролась со своими страхами и проблемами в подростковом возрасте, какой был её первый парень.

Каждый барыга думает, что его пронесёт. 99% продавцов зелья употребляют сами, поэтому и начинают торговать. Никто ведь до миллиграмма не будет проверять вес товара, поэтому они крапят (оставляют часть. — Прим. ред.) себе на дозу. Грубо говоря, наркоманы торопятся купить и употребить, и все знают эти правила игры.

Первая ошибка – это ощущение безнаказанность от лёгких денег. Потом продавцы начинают мнить себя вершителями людских судеб, становятся популярными в определённой среде.

Почему я начал этим заниматься? Хотелось заработать, даже наличие ребёнка не остановило меня. Те, кто сам употребляет, начинают торговать от безысходности – денег брать на дозу негде.

Большинство ведь не работает, всегда двигаются, поэтому их проще привлечь.

Я торговал примерно полгода, потом меня взяли.

Кто туда попадает, надевает маску

На зоне каждый сам за себя. Это только на словах там братство, большая семья. Может, когда люди отбывают срок по четверти века, так и есть, но в том месте, где был я – перевешивают собственные проблемы.

Все, кто туда попадают, надевают маску. Мы работали в две смены. Когда есть такие условия, за работу держишься.

Среди зэков есть свои стукачи (или красные), которые любят выслуживаться перед администрацией учреждения.

По поводу того, кого опускают или нет в тюрьме – это зависит от конкретного учреждения. Когда в барак приходит новый сиделец, у него начинают узнавать – кто он, и за что тут оказался. Большинство накидывают пуху — если осудили за износ (изнасилование. — Прим.

ред.), человек в этом никогда не сознается. Таких людей у нас не опускали — за это можно было заработать дополнительный срок и лишиться работы. В других исправительных учреждениях, где люди отбывают пожизненно или более 10-15 лет, такие случаи происходят постоянно.

Однажды вновь прибывший мне сказал, что его посадили за износ 11-летней девочки. Мы с ним примерно неделю общались всем бараком, недостатка интеллекта у него не было. Позже его сдали инспекторы – удивились, что мы с педофилом общаемся. После того, как повисла гробовая тишина, сотрудник зоны понял, что рассказал лишнее. В этот же вечер этого товарища увезли из нашего лагеря.

Говорят, что зэки – это злые люди. Это на самом деле не так. Озлобленности на систему нет, есть злость на конкретных людей, которые работают в лагере.

Большинству из них я не то что руки не подам, я мимо пройду, если им будет плохо. К сожалению, таких специалистов в лагере много – одному не нравится, как ты ходишь, другому – как смотришь.

В разговоре с ним надо опускать глаза и заводить руки за спину, желательно немного прогнув голову.

Эти служащие нас держат за животных, рабочий скот, если хотите. Могут пройти мимо тебя и пнуть, а могут не за что закрыть в ШИЗО. Мы наоборот старались не косячить — все хотят побыстрее отмотать срок и забыть эти годы, как страшный сон.

Единицы сотрудников лагеря относились к нам нормально – не на равных, конечно, но с уважением. Насколько я знаю, таких людей потом сожрали в этом же коллективе, поэтому они были вынуждены уволиться.

Ограничения по передачам вводит само исправительное учреждение – есть, конечно, общий список запрещённых вещей, но в остальном перечень в каждой колонии или лагере разный.

Например, где-то нельзя передавать леденцы, в другом лагере – можно даже шоколадные конфеты. 90% вещей для передачи запрещают из-за того, что в них передают наркотики для осуждённых.

Палятся в основном те, кто не договорился с администрацией. Та же картина и по телефонам – их передают через сотрудников.

Ни для кого не секрет, что многие зэки общаются по мобильным телефонам с миром. Такие разговоры никто не может прослушать, есть возможность чаще слышать родных. Некоторые зэки даже страницы в соцсетях создают.

Конечно, во время шмона телефоны стараются спрятать, администрация их находит, и человека отправляют в ШИЗО. Правда, всегда у нужного человека можно телефон выкупить за 3-5 тысяч, в зависимости от платёжеспособности и статуса зэка.

Если о таких сделках узнаёт вышестоящее руководство, этих сотрудников сразу увольняют. Но этот бизнес не умрёт никогда – пока есть людская жадность и условия изоляции.

Когда заезжаешь сюда, не думаешь о будущем – ни о своём, ни о своих детях. Это ярмо на всю жизнь, понимаешь? С ним приходится потом устраиваться на работу, заводить семью. Я скрываю то, что отмотал срок.

Родные и близкие знают, знает работодатель, но для большинства знакомых – я всё это время был на вахте в другом городе, а не в Нижнем Тагиле, деньги зарабатывал. Тюремные привычки после освобождения пропадают быстро, если хочешь жить в этом обществе.

Например, я никогда не сижу на кортах, не держу сигарету определённым образом. Врать не буду, это очень тяжело привыкнуть к нормальной жизни.

Когда ты выходишь за ворота лагеря, приезжаешь домой, то понимаешь, что жизнь идёт своим чередом, без тебя. Потоки людей, машин, огромные торговые центры – этот мир стал для меня за восемь лет изоляции чужим.

Почему многие возвращаются туда? В тюрьме всё просто. Тебя там кормят, обувают, одевают, есть чёткий распорядок дня, не надо ни за что отвечать, нет таких головняков. Мне помогли не сорваться мои близкие – когда тебя ждут, в тебя верят и ни в чём не обвиняют, мысли о возвращении в лагерь уходят.

У некоторых зэков нет ни дома, ни семьи. Их выводят за забор, и всё… Куда идти, к кому? Некоторые уходят в монастырь, кто-то заранее списывается с сотрудниками социальных служб.

Но большинство всё равно возвращается назад — после тюрьмы пропадает страх лишения свободы, уже не боишься вновь попасть в этот особый мир.

Там никто не раскаивается, все просто отбывают наказание. Никто не считает себя виноватым. После восьми лет лагеря я стал очень циничным, жёстким и осторожным. Работает ли системы коррекции личности в лагере? – думаю, что да. Многих стоит изолировать от общества, семьи, друзей, радостей жизни. Ведь абсолютно все зэки страдают от одного – информационного голода.

Вопли из ада. Какие срокА мотают закладчики наркотиков

«Если из СИЗО убрать статью «два-два-восемь», то на всю тюрьму останется человек 20 — 30, не больше. Эту статью из-за её массовости называют «народная». Когда в камеру заезжает новый сиделец, и у него спрашивают (точнее, интересуются), какая статья, он может ответить «народная», и его все поймут.»

Я не хочу называть своего имени. Я пишу этот текст из СИЗО одного из крупных российских городов; под арестом я пробыл уже много месяцев. Следствие в отношении меня ведётся по одной из так называемых «экономических» статей. Письмо было передано через друзей. Это всё, что вам нужно знать обо мне.

Когда я попал в тюрьму, то сильно удивился тому, что примерно 80 — 90% народа тут находятся по обвинениям в сбыте или распространении наркотических средств (статья 228.1 УК, здесь произносят «два-два-восемь). Часть из них ещё ждут приговоров, часть уже осуждены и ожидают этапирования в колонии.

Читайте также:  Что делать, если супруга не выполняет соглашение, подписанное после расторжения брака?

Если из СИЗО, в котором я нахожусь, убрать «два-два-восемь», то на всю тюрьму останется человек 20 — 30, не больше. Эту статью из-за её массовости называют «народная».

Когда в камеру (хату) заезжает новый сиделец, и у него спрашивают (точнее, интересуются), какая статья, он может ответить «народная», и его все поймут.

Сидельцев периодически переводят из одной камеры в другую (кирешуют). Из-за этого я сидел с большим количеством заключенных, достаточно доверительно общался почти с каждым из них и неплохо знаю их ситуации.

Периодически к нам заезжают «транзиты» — заключенные, которые перемещаются из одних тюрем в другие.

На нашем централе они проводят по несколько дней, ожидая этапов; от них я знаю, что ситуация в других централах России примерно такая же — около 70 — 80% заключенных сидят по «народной» статье.

Большинство сидельцев по «два-два-восемь» — закладчики. Это люди, которые делали закладки розничных партий наркотиков в укромные места. Они — рядовая пехота наркобизнеса, пушечное мясо, с которым никто не считается.

Закладчик прячет расфасованные наркотики в разных местах города, а затем скидывает координаты и фото этих мест своим диспетчерам или операторам.

Потребители, которые покупают наркотики в интернет-магазинах, переводят деньги на счета, указанные диспетчерами, получают как раз те самые координаты и фото, едут и поднимают закладку.

И вот, что нужно знать людям о работе закладчика — тем, кто на ней уже занят или тем, кого она может прельстить.

Первое. Сроки (в тюрьме произносят «срокá»), которые получают закладчики, зачастую превышают сроки за убийство человека. 3-я часть статьи 228.1 (сбыт наркотиков в значительном размере либо группой лиц по предварительному сговору) — от восьми до 15 лет строгого режима. Часть 4 той же самой статьи (сбыт наркотиков организованной группой либо в крупном размере.

— Открытая Россия) — от 10 до 20 лет, 5-я часть (сбыт наркотиков в особо крупном размере) — от 15 до 20 лет. Даже самого минимального веса, всего нескольких граммов достаточно для 3-й или 4-й части. Сам я не видел ни одного сидельца по 1-й или 2-й части (сбыт незначительного количества наркотиков и сбыт через интернет соответственно. — Открытая Россия).

Как правило, все получают части 4 или 5, несколько реже — 3.

Эти сроки шокируют заехавших на тюрьму закладчиков. Беспечность, с которой они согласились на эту работу, не позволила им открыть УК и прочесть несколько строчек, чтобы поинтересоваться тяжестью наказания, которое их ожидает за это занятие.

Насколько я знаю, в разных регионах страны выносят разные приговоры — в так называемых «мягких» регионах закладчики получают по семь-девять лет, в других — 12-16 лет. Действительность такова, что сроку в семь лет осуждённый будет безмерно рад.

Срок в четыре-пять лет, что бывает крайне редко — это «настоящий подарок судьбы» и «второй шанс в жизни».

Вся работа адвокатов, на которых уходят последние деньги родственников, сводится к протаскиванию «тридцатки» и «скощух» — статей 30, 61 и 64 УК РФ, которые дают скидку к сроку. Его также можно существенно снизить (до, например, 4-5 лет) через «досудебку» — заключение досудебного соглашения.

В этом случае следствию сдаются подельники, товарищи, коллеги по занятию или же пока не найденный тайник с партией наркотиков. Никакая дружба, никакие ранее даваемые друг другу обещания не устоят перед перспективой получить вместо 15 лет пять.

Говорят, что сдача подельников, мягко говоря, дорого обходится уже в колониях, на лагерях, но доподлинно об этом я почти ничего не знаю.

Кроме того, для получения относительно приемлемого срока (ниже низшего предела) обязательно нужно быть «в сознанке» — сотрудничать со следствием, полностью признать вину, все рассказать, ничего не скрыв.

Все без исключения сидельцы, с которыми общался я лично, были «в сознанке».

Об этом сразу говорят и адвокаты, — объем, тяжесть и неопровержимость улик против обвиняемого, как правило, таковы, что отрицать преступление просто глупо — всё равно посадят, но в случае «несознанки» дадут очень серьёзный срок.

Я сидел с одним наркоманом, который «просох» только в тюрьме. При всём своём многолетнем стаже употребления он рассуждает довольно здраво. Он говорит: «Я нигде не работаю, и, чтобы употреблять, мне нужны деньги, поэтому я постоянно ворую.

Обкрадываю большие сетевые магазины, выношу спортивную одежду и обувь, парфюмерию и дорогой алкоголь. И я знаю, что если меня не поймают сегодня, то я буду с деньгами и смогу уколоться.

А если поймают, то я заеду на тюрьму по краже, и даже близко никогда не подойду к 228». И действительно, сейчас он уже на свободе.

Другой человек клял судью, который год назад впаял ему за какую-то ерунду два года условного срока: «Сейчас я бы мотал ту двушку, а теперь вот жду десятку, да еще и с трамплином» (имеется в виду непогашенный условный срок. — Открытая Россия).

Второе, что шокирует только что заехавших по «два-два-восемь» — то, как их поймали. Только после общения с товарищами по несчастью они осознают, что шансов остаться непойманными у них было не больше, чем выиграть миллион в лотерею. В первую очередь, многих сдают сами магазины.

По рассказам людей, знающих систему изнутри, у магазинов есть чуть ли не план по сдаче закладчиков полиции. Одни и те же магазины работают годами, а закладчики, работающие на них, исправно заезжают в тюрьмы чуть ли не пачками. Кто-то попадается, что называется, по воле случая.

Если вы закладчик, то, как правило, при вас очень часто есть вес, а это значит, что при первой же проверке патрулем ППС вас поймают. Будьте уверены, что испуг или беспокойство при банальной проверке документов вас сразу выдадут. Некоторых ловят через реальные спецоперации — с видеозаписью, слежкой и прочими мероприятиями.

Тех, кто работает по старинке, не через интернет, ловят через контрольные закупки, которые делают снаряженные камерами и микрофонами наркоманы.

Вывод тут такой: вопроса, поймают вас или нет, не стоит вообще. Вопрос только в том, когда это случится. Те, кого я знаю, проработали от двух дней до 4-5 месяцев.

У некоторых может возникнуть вопрос — можно ли откупиться? Говорят, что иногда, на самых ранних стадиях и далеко не при любых обстоятельствах — можно. По неподтвержденным слухам, стоит это очень дорого. Закладчик столько и близко не зарабатывает.

Кстати, о заработках. Нужно понимать, сколько на этой работе можно заработать. Я много раз слышал о расценке в 300 рублей за одну закладку, хотя знаком и с молодыми дурачками, которые подрядились за цену вдвое меньшую.

Их, кстати, и приняли на второй день, свои сроки они еще не получили. Если вы будете делать три-пять закладок в день, то заработки будут сопоставимы с самой обычной низкоквалифицированной работой.

Если же вы будете делать по 20-30 закладок в день, то при вас всегда будет большой вес, а вероятность быть пойманным возрастет многократно, и вы вряд ли дотянете даже до двухмесячного стажа.

Кроме того, для работы нужен депозит — деньги, которые вы должны отправить магазину, чтобы магазин не боялся, что вы его кинете. В общем, рисковать лишением свободы на такие сроки за такие деньги — несусветная глупость.

Только ли закладчики сидят по 228? Нет, не только. Вы должны знать, что угостить кого-то — это распространение; поднести, передать, перевезти — это распространение, перевозка или хранение, подержать, похранить у себя — это хранение или незаконченный сбыт. И за все это вы получите срок, сопоставимый или превышающий срок за убийство человека.

Как же становятся закладчиками? В 1832 году великий француз Оноре де Бальзак в одном из своих очерков написал: «Они захотели работать честно. Работы нет. Они захотели работать бесчестно. Работы сколько угодно».

Основная цель нанимателей — создать ложную иллюзию относительной безопасности. Некоторые магазины обещают юридическую поддержку или то, что «там все схвачено», быстро вытащат и прочее. Это откровенная ложь.

Никто не будет даже беспокоиться о попавшемся закладчике, а уж тем более тратить сотни тысяч на адвокатов и прочие «решения вопроса».

Иллюзию безопасности создает и переписка в нечитаемых мессенджерах. Закладчик напрасно думает, что это как-то ему поможет — практика показывает, что их ловят не так.

Конечно, у обычного человека не уложится в голове — как можно получить 12 лет за работу, объявления о которой совершенно спокойно всплывают в рекламе в интернете или приходят в спам-рассылках.

Еще, конечно, у каждого есть уверенность, что с ним этого не произойдет, что тюрьма — это вообще не про него, и что ни по каким законам мироздания он не сможет оказаться в тюрьме.

И действительно, кто может сейчас представить себя в робе и в строю?

Тем не менее, это более чем реальная перспектива. Берегите себя. Не делайте глупостей. Подумайте о своих матерях.

Оригинал материала здесь.

Как выжить первоходу в зоне, если посадили за наркотики ст. 228?

— Могу добрый совет дать такой по этому поводу. Едешь ты по этапу, зашел ты, допустим, в ИВС, широко рот не открывай: у меня мама, у меня папа, брат, сват и т.д. Да, за статью ты по-любому не умолчишь, что у тебя, допустим, 228, часть такая-то. Просто не надо пуху на себя накидывать.

Да я такой, да я барыжничал. Это не очень-то приветствуется, то, что ты барыжничал. Да, молодец, занимался ты 228, кто спорит. Доберешься до зоны и будешь там барыгой, там тоже такие люди нужны, только рот меньше открывай, кому и сколько ты вкладывал, сколько денег у тебя на лицевом счете.

Читайте также:  Правомерно ли банк передаёт мой долг другому банку?

— Как вести себя первоходу в камере?

— Как обычно. Изначально тебя закроют в ИВС на трое суток, а может, и чуть побольше, т.е. на 72 часа. На 48 сейчас редко закрывают, но не суть важно это. Заехал ты в камеру. Не тяни всем руку, не лезь в чужой стакан, другими словами. Ты ж никого не знаешь. Может, кто из них п* по жизни. Ты скажешь, по «незнанке» не считается.

Такую «незнанку» сразу тебе прилепят. Клеймо поставят, и поедешь ты с ИВС до зоны «петушком». Ты просто «полоснулся», но и это не суть не важно. Есть везде люди понимающие, которые могут тебе сказать, ну заехал ты, да, здорово-привет, подтянут тебя, пообщаются. Спросят, как ты по жизни, что ты по жизни. И мой совет – не надо врать.

Ты можешь месяц, два, полгода там что-то скрывать, но задумывайся наперед, вдруг заедет так же сюда кто из твоего поселка, района, города, и все, правда-то и вылезет. Тебе сразу в башку дадут. Так что это надо принять к сведению. Ну, а если ты и был при каких делах, то, конечно, тебе знак почета и уважения. Но не сразу все это дается.

— Такая проблема: мне 16 лет, учусь в 10 классе, вечная нужда в деньгах, как и у любого подростка. Решил прятать наркоту и через месяц спалился «мусорам». Теперь назревает такой вопрос. Как заходить в хату, в малолетку, и что там мне за эту статью будет?

— У малолеток свои понятия. Я там не был, не могу сказать ни положительного, ни отрицательного. Предположительно с тобой будет то же самое. Прописка и прочая эта тема у молодежи своя. То же самое, как и на общем или на строгом. На строгом, наверно, чуть попроще.

Так вот, тебе захотелось денег, ты начал тарить от «мусоров», да и еще спалился. Халявных денег захотелось? Так сейчас уйма способов заработать этих денег. Учился в 10 классе? Ничего страшного, в зоне выучишься, еще и 11 класс закончишь, еще и на профессию выучат.

Сколько граммов-то было? Если больше грамма, то нормально, конечно, срок дадут.

Еще добавлю ко всем трем вопросу. Сейчас нет как такового понятий «черная», «красная» зона, и чтоб убивали так, что ты инвалидом выходишь. Как было раньше, когда пузо вскрывали, руки резали, такого теперь нет.

Это все показуха. Я, на данный момент, когда сталкивался с такими людьми, что членовредительством занимались, говорю, что вы мелочитесь, рубанули б сразу по шее. Сразу администрацию проверят и зеков прошерстят.

А это все так, показуха.

Наркоманы и тюрьма

Сейчас о наркоманах хотел бы рассказать, то что знакомо мне по из личного «криминального» опыта.

Первый раз осудили меня в 16 лет, в конце 80-х годов прошлого века, тогда когда слово наркотики было созвучно со словами ЗАПАД, КАПИТАЛИСТЫ и ЗАГРАНИЦА.

Я серьезно это говорю. В нашем СССРе наркоманов считаные единицы были.

Круг их общения был тесен и вреда от них простой советский человек на себе не ощущал совершенно.

Примерно такая же картина была и в тюрьме. Сидельцев за наркотики практически небыло. ( на малолеке совсем )

Но наступили 90-е годы. Я освободился с малолетки и вскоре «устроился» уже на взрослую зону.

Постепенно стали заезжать НАРКОМАНЫ ! Год от года их становилось все больше и больше.

В самой тюрьме постепенно стала появляться «дурь» ( анаша или гашиш ). Это начинало становиться модным.

Само собой, обычному зэку покурить такого «запрета» не обламывалось … это распределялось в тесном «блатном» кругу.

Пробовал курить и я . Первые разы ничего не понял, позже ПОНЯЛ… понял что это не МОЕ ! Именно с тех пор, когда появилась первая травка ( настоящая трава, а не та химия что сегодня ) я больше к ней не там, не на свободе не притрагивался.

  • Однако большинство моих «корешей» этот кайф полюбили.
  • Кто начинал шабить ( курить) в неволе, на саободе этим увлекались уже «профессионально».
  • Очень скоро травку сменили более жесткие наркотики, такие как ХАНКА / ЧЕРНЯШКА ( опий ).

Как и с анашой, потребителями ханки в начале ее популярности были лишь авторитетные зэки. На свободе ситуация была такая же как и в зоне.

Обычный человек, даже из криминальной среды просто так, не смог бы достать наркотики. Это было доступно ограниченному кругу лиц.

Позже, это конечно же перестало быть «дефицитным» торговать этим стали повсеместно во всех городах России.

Борьба конечно же велась, все больше и больше зэков садилось за это дело, но бурьбу выигрывал наркобизнес! Наркоманов становилось все больше и больше.

В тюрьме и зоне, зэки всегда искали способы «расслабиться». И если до 90-х в подавляющем большинстве это было бухло, то с 90-х это стали наркотики.

Раздобыть водку в зоне было возможно, но … хлопотно. Поскольку это товар «объемный» и чтоб выпить компанией гкжно было «затянуть» не один литр этой водки. А потом ее надо как то пронести, спрятать и потом выпить и желательно все это делать скрытно.( в основном т.н. перебросы водки были в резиновых грелках ).

  1. Выпив водки, как правило начинались «рамсы» ( споры и драки ) и как правило после пьянки кто то уезжал в ШИЗО.
  2. Наркотики в виду того что их легко спрятать и проще передать, в этом отношении выигрывали!
  3. Передать несколько грамм или спрятать их потом в лагере дело не трудное.

Покурив или уколовшись, со стороны не так заметно, как если бы зэк выпил. Поэтому если раньше бухали как правило по ночам или выходным дням, чтоб не палиться…. то колоться и курить можно было в любое время и это еще один «плюс» наркотиков в сравнении с водкой.

По выходу из колоний и тюрем, эти зэки конечно же начинали «подсаживаться» на наркотик уже гораздо плотнее чем в тюрьме, по причине доступности.

Дальше больше. Наркотики стали заходить на зоны и в тюрьмы и в «общем грузе» ( в передачах со свободы от «братвы» на средства т.н. Общака ).

На ханку и «куреху» подсаживались целыми зонами.

Это было выгодно и администрациям !!!

Постепенно они понимать стали что наркотики вызывают кумар (ЗАВИСИМОСТЬ ) и этим они очень хитро пользовались.

Достаточно было на какое то время закрыть наркомана в ШИЗО и предложив ему выбор — выпускаем в зону, но с условием сотрудничества ( стукачества ) или будем содержать в ШИЗО.

Ломка дело страшное …. многие начинали сотрудничать с ментами. ( ссучились ).

Постепенно в зонах все больше и больше становилось таких «агентов» и режим начинал усугубляться.

Помимо ссук, в наркоманской среде зоны были еще и междуусобные споры и рамсы на почве наркоты. Подсевшие на наркотики со временем поднимали свою дозу и то от чего они кайфовали раньше, уже не раскумаривало потом. Дозы росли а наркотиков больше не заходило. Наркоманов больше — наркотиков меньше.

Выход? — Зэки стали друг друга «сжирать». Т.е. появились внутренние разборки среди «блатных» с целью поджевать кого то из своих, чтоб убрать его из числа кому эти наркотики полагаются. И это так же было на руку администрации.

«Гайки на зонах» стали затягиваться и на некоторых поменялся ХОД. ( когда внутренняя власть из рук блатных переходила в руки «красных» ).

На свободе так же как и в тюрьмах, наркомания стала повсеместной.

Народ стал ПОНИМАТЬ какое это зло, но было уже поздно….

  • Я благодарен судьбе, что будучи в «гуще» этой «каши» мне удалось пройти МИМО этого зла!
  • Еще несколько слов об клиниках где «лечат» этих наркоманов сказать хочу.
  • В то время как страну стала опутывать своими сетями наркомафия, одновременно с ними стали появлятся и различные клиники и центры, где брались лечить от наркотиков.

Я в своей жизни видел тысячи….именно тысячи наркоманов ( поскольку в конце 90-х каждый второй зэк был наркоманом и сидел либо за наркотики либо за преступления, совершенные для покупки наркотиков) и из всего числа наркоманов я не видел НЕ ОДНОГО кто бы мне сказал что ВЫЛЕЧИЛСЯ от наркоты в таких клиниках!

Все это был БИЗНЕС тех кто зарабатывал на родственниках тех наркоманов. Тех матерей и отцов, жен и детей кто несли им деньги в надежде что их близкого излечат.

В ПОДАВЛЯЮЩЕМ БОЛЬШИНСТВЕ  по выходу из этих клиник, наркоманы продолжали рано или поздно употреблять эту гадость до тех пор…..

пока не УМИРАЛИ либо САМИ ДЛЯ СЕБЯ не решали что ХВАТИТ!  И уже те, кто САМ ЗАХОТЕЛ бросить…. они и бросали и совершенно без участия т.н. врачей!

Вот вам наглядный пример.

Нам врачи это говорят — это болезнь. Нужна помощь медицинская. Нужна реабилитация. Нужен уход. Нужны ….. деньги.

А я вам говорю — все это БРЕД !

Я своими глазами видел этих наркоманов ПАЧКАМИ садящимися в тюрьму.

Заезжают они в тюрьму и что? Дкмаете им там медицинскую помощь какую то оказывают? Какие то препараты ставят? Церемонятся с ними? Диету дают? —

Да фиг там! Всем на них плевать!

Причем как администрации так и сами зэкам.

Они повадяются недельку-две и …. «размораживаются» ! ( перекумаривают).

Через месяц приходят в норму и совершенно забывают о наркотиках!

Вот именно ТАК  я считаю нужно их и «ЛЕЧИТЬ» !!!

Раньше в СССР были ЛТП. ( Лечебно трудовые проыилактории) где содержали алкашей и тунеядцев. Они там работали и «лечились».

Вот такие ЛТП нужны и сегодня.

Работа их быстро «вылечит»!

В противном случае …. это будет в нашей жизни еще очень долго.

Наркотики -зло !!!

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *